Директор Института археологии Азербайджана Фархад Гулиев недавно выступил с развернутым интервью, в котором затронул вопросы археологических работ и исследований, проводимых азербайджанской стороной в оккупированном Арцахе. Следует подчеркнуть, что ранее азербайджанская научная среда практически не публиковала развернутых интервью или аналитических исследований, посвящённых археологическим работам в Карабахе. До настоящего времени публикации и заявления носили преимущественно фрагментарный характер.

В своём интервью Гулиев утверждал, что армянская сторона проводила в Карабахе политику «систематического культурного геноцида», направленного как против исламских, так и против христианских памятников. По его словам, армяне якобы намеренно уничтожали памятники исламского периода и «арменизировали» христианские.

Отдельно Гулиев отметил необходимость «установить», какие из армянских надписей на христианских церквях Карабаха являются подлинными, какие — истирическими, какие — поздними дополнениями, создаными в период оккупации. В интервью утверждалось, что изучение христианского наследия становится приоритетом для азербайджанского научного сообщества.

По заявлению директора Института археологии Азербайджана, главная цель проводимых в Карабахе исследований заключается в документировании «ущерба, нанесённого армянской стороной во время оккупации», с целью привлечения её к юридической ответственности. При этом он отметил, что данные исследования рассматриваются как часть судебной археологической экспертизы и осуществляются в сотрудничестве с международными партнёрами.

Следующие заявления относятся к работе армянской стороны: (https://arxeologiya.az/qarabag-v%C9%99-s%C9%99rqi-z%C9%99ng%C9%99zurda-beyn%C9%99lxalq-t%C9%99dqiqatlar-aparilir-f%C9%99rhad-quliyev-musahibe/?fbclid=IwQ0xDSwMatnhjbGNrAxq2aWV4dG4DYWVtAjExAAEeLvQKWazcHdLFG4G3cpWEV8vX3ZCfK9LKXUdOS54Qkyu7tjcCo8Mjb62dR8U_aem_cYg6zOQrp5dk4DlKXk08kA&lang=az).

Наш ответ

Заявления Фархада Гулиева представляют собой не только очевидную фальсификацию, но и прямую угрозу армянскому культурному наследию. Они, в частности, ставят под удар подлинные армянские надписи на церквях и других памятниках, создавая предпосылки для их стирания или уничтожения. Используя подобные формулировки, азербайджанская сторона пытается представить армянское культурное наследие как «поддельное» либо «созданное в период оккупации», что фактически служит оправданием для его дальнейшей ликвидации.

Такая риторика не имеет отношения к научной дискуссии: она является частью программы по изменению идентичности культурного наследия и отрицанию многовекового армянского присутствия в регионе. Очевидно, что данные заявления направлены на «очистку» памятников от армянских следов и их приписывание азербайджанской или иной «неармянской» идентичности.

Между тем международное право и многочисленные конвенции, включая Гаагскую и Женевскую, прямо запрещают подобные практики, связанные с изменением аутентичности культурного наследия, уничтожением надписей или присвоением их иной идентичности. Следовательно, высказывания Гулиева не только политизированы и лишены научной ценности, но и являются грубым примером нарушения международных правовых норм.