Наша команда не всегда обращается к азербайджанским интеллектуальным манипуляциям. Азерпропаганда является инструментом антиармянской политики этой страны, а основным методом её работы выступают заявления «экспертов» и должностных лиц различного уровня. Историко-культурные факты, общеизвестные и серьёзные исследования в этой области для них не имеют никакого значения. Казалось бы, всё ясно и нет никакой необходимости постоянно повторять известные истины. Однако на этот раз азербайджанская инсценировка приобрела новые методологические масштабы: сотни представителей международных дипломатических кругов, пренебрежительные и заведомо ложные заявления высокопоставленного чиновника об «албанизации» уже отдельных элементов различных памятников и якобы профессиональные специалисты, которые «научно объясняют» эти утверждения. Мы решили на этот раз непосредственно рассмотреть четыре случая, в которых армянское наследие представляется как наиболее яркие и «неоспоримые» доказательства албанского наследия.

Во время визита делегации численностью около 150 человек, в состав которой вошли представители 58 стран и 9 международных организаций, аккредитованных в Азербайджане, помощник президента Азербайджана Хикмет Гаджиев и некий «специалист» Размовар безграмотно представили надгробие Джалала Великого (жил в 15-го веке), расположенное в притворе монастыря Гандзасар (рис. 1), как надгробие Гасана Джалала Долы (жил в 13-ом веке).

Прежде всего рассмотрим объёмно-пластическое решение и скульптурное оформление надгробия. Оно представляет собой плоскую плиту, как это обычно бывает с надгробиями в притворах-усыпальницах. Памятник изготовлен из мраморизованного известняка, который крайне редко встречается в известняковых месторождениях Арцаха. Если памятники из обычного известняка, составляющие подавляющее большинство монументальных сооружений Арцаха, нередко разрушаются и утрачивают чёткость резных деталей, то мраморизованный известняк очень хорошо сохраняет первоначальную резьбу, что мы и наблюдаем на данном надгробии. Неизвестно, когда и при каких обстоятельствах надгробие князя было расколото на три части. С. Бархударян предполагал, что это сделали кладоискатели (САН 5, 64).

По мастерству исполнения и чёткости композиционного решения надгробие можно считать выдающимся произведением искусства. Три розетки, представляющие собой совершенный пример пропорционального деления круга и наполнения его различными световыми мотивами, образуют композицию из трёх небесных светил, широко распространённых в армянской христианской скульптуре: Солнца, Луны и Утренней звезды (рис. 2–4). Эта композиция символизирует Второе пришествие, а тем самым и спасение душ усопших. В различных вариантах она была широко распространена в Армении уже в 5–7-х веках. Первоначально подобные мотивы изображались на тимпанах и обрамлениях окон церквей, а также непосредственно на стенах. С 9-го века они становятся одним из существенных элементов композиции хачкаров, а начиная с 12–13-х веков появляются и на надгробиях (рис. 5–8; Петросян 2008, 363–366).

Надпись на надгробии гласит: «Это есть упокоение великого Джалала. Помяните в молитвах. Год 880-ой (1431)». Таким образом, памятник не имеет никакого отношения к Гасану Джалалу Доле, который был убит мученической смертью в 1261-ом году. Джалал Великий был одним из его потомков и жил в 15-ом веке. Он также упоминается как Джалал Великий в одной из надписей монастыря Святого Акопа Мецараниц, высеченной его сыном, католикосом Ованнесом (САН 5, 18).

Отметим, что в надписях на хачкарах и надгробиях указание даты смерти после имени является вторым по значимости сообщением, поскольку, согласно средневековым армянским христологическим представлениям, дата смерти имела существенное значение для подтверждения личности верующего в конце времён.

Хотя Гандзакеци недвусмысленно сообщает, что тело Гасана Джалала Долы было погребено в Гандзасаре («А тело блаженного мужа... его верные и сын его Атабек тайно перенесли и похоронили на кладбище его отцов в Гандзасаре, который он сам построил»; Гандзакеци 1961, 391), его надгробия в монастыре нет. Даже если бы надгробная плита была установлена над его могилой позднее, на ней должна была бы быть высечена дата его смерти. Разумеется, представители азерпропаганды об этом не знают: их главная цель — заявлять, что всё это является албанским наследием. Факты, профессиональные знания и элементарные нормы добросовестности для этих людей не имеют значения.

Таким образом, известное надгробие в притворе Гандзасара принадлежит не Гасану Джалалу Доле, а князю Джалалу Великому, жившему в 15-ом веке, о чём недвусмысленно свидетельствует надпись с датой 1431-го года. Памятник украшен композицией, выполненной с исключительным мастерством и символизирующей Второе пришествие посредством образов Солнца, Луны и Утренней звезды.

Наш ответ

С точки зрения международного права в области охраны наследия подобные презентации представляют собой искажение идентичности культурного наследия. Статьи 4 и 5 Конвенции ЮНЕСКО об охране всемирного культурного и природного наследия 1972-го года обязывают государства обеспечивать выявление, охрану, сохранение, представление культурного наследия и его передачу будущим поколениям. В рамках этого подхода Нарский документ о подлинности связывает подлинность культурного наследия с достоверным и правдивым представлением его ценностей с учётом, в частности, материала, формы, назначения, традиций, местоположения и языка. Конвенция ЮНЕСКО 2005-го года закрепляет принципы равного достоинства и уважения культур, а также сохранения культурного разнообразия, тогда как Конвенция 2003-го года подчёркивает передачу наследия из поколения в поколение и его связь с идентичностью и преемственностью сообществ. Следовательно, распространение государством необоснованных утверждений об истории памятника, его эпиграфических надписях, языке и культурной принадлежности может подрывать достоверность представления его подлинности и исторической ценности. В случае Гандзасара подобную практику можно рассматривать как политическую инструментализацию культурного наследия, при которой переосмысление истории памятника служит формированию и распространению ложного национально-исторического нарратива.

Литература

1. САН 5 - Свод армянских надписей, вып. 5: Арцах / сост. С. Г. Бархударян. Ереван, Издательство АН Армянской ССР, 1982 (на арм. яз.).
2. Гандзакеци 1961 - Киракос Гандзакеци. История Армении / подготовка текста К. А. Мелик-Оганджаняна. Ереван, Издательство АН Армянской ССР(на арм. яз.).
3. Петросян 2008 - Петросян Г. Хачкар: происхождение, функции, иконография, семантика. Ереван, Принтинфо.